Дневник духовника олимпийских спортсменов России. Часть седьмая. 14 февраля 2018 года

Среда Сырной недели.

Чё ын ха ру туэ сэё. Если я правильно написал со слов моих новых корейских знакомых, то в переводе на русский язык с корейского это означает «добрый день». Теперь при входе на территорию олимпийской деревни я так здороваюсь с теми, кто меня досматривает, после чего следуют улыбки и бурные аплодисменты. Как же немного нужно для того, чтобы заслужить расположение, внимание и особую теплоту со стороны этих хоть и услужливых, но весьма педантичных, въедливых и строгих стражей порядка! По мнению тех, кто имеет опыт проведения международных мероприятий и бывал в разных городах и странах, корейские волонтёры от других отличаются тем, что, при всей услужливости и даже частых поклонах в вашу сторону, в случае какого-либо спорного вопроса или недоумения, связанного с документами, бейджами или пропускными бумагами, они несколько раз скажут вам «простите», но всё-таки твёрдо «нет». Однако – ведь крепости берутся по-разному, можно же поискать и подземный ход…

Сегодняшнее утро было солнечным и ветреным. Ветер всё более усиливался, приближаясь к штормовой отметке, о чём в течение дня неоднократно уведомлялись все службы в олимпийской деревне. В конце концов, женская индивидуальная гонка по биатлону из-за погодных условий была перенесена со среды на четверг. Ветер веселился, двигал разные предметы – в бок нашей машины на стоянке заехал пластиковый турникет, а что творилось с флагами, развешенными на корпусах, надо было видеть! Не пострадали только мы и немцы. Мы – по известной уже причине, а немцы есть немцы: они развесили свои флаги не снаружи корпуса, а внутри. Да, а ещё финны. Не знаю, чем они прикрепляли свои флаги и баннеры – может быть, заморозили их (шучу, конечно), но держались они крепче всех остальных.

Ветер придавал скорости, и поэтому дорога от КПП до нашего 805-го корпуса заняла значительно меньше времени, чем в предыдущие дни. А когда я проходил через подземный паркинг, расположенный внизу нашего спортивного дома, у меня было ощущение, что я захожу в храм в день Святой Троицы, потому что на полу было много травы – правда, сухой и жёлтой. Её сюда надул зимний корейский ветер.

Я пришёл в штаб и по обычаю поприветствовал всех его работников, приготовил всё для молебна, а потом вдруг решил выглянуть за входную штабную дверь. Нужно отметить, что в конце коридора здесь располагается специальный автомат с водой. У каждого спортсмена, а также у тех, кто занимается организацией жизни сборной (в их число вхожу и я), есть специальный брелок: прикладываешь его к определённому месту автомата, нажимаешь на кнопку и получаешь бесплатно воду. Хочешь – простую минеральную, хочешь – газированную. Выбор есть. И вот возле этого автомата я увидел человека, пришедшего на водопой. На нём была наша «современная» российская форма, но мы с ним ещё не были знакомы. Так мы и повстречались с тренером наших кёрлингистов, бронзовых призёров игр Анастасии Брызгаловой и Александра Крушельницкого, Василием Николаевичем Гудиным. Оказалось, что он живёт недалеко от Бутова, в Коммунарке. На мой вопрос, как ребята себя чувствуют после трудных матчей и олимпийской медали, он ответил:

– Они счастливы.
– А что Вы скажете в отношении благодарственного молебна?
– Смотрю положительно.
– А если прямо сейчас?
– Я готов!

И мы с ним зашли в часовню. Вот вам и ветер, который в нужный момент приоткрыл дверь штаба, вот вам и вода, вот вам и жажда… Одним словом – вот вам и жизнь! Василий Николаевич пообещал пообщаться с ребятами и предложить им прийти в часовню, чтобы помолиться Богу с благодарностью о большом событии в их жизни. Что ж, будем ждать.

Во время благодарственного молебна и затем, после ухода Василия Николаевича, уже традиционного утреннего молебна обо всех соревнующихся и труждающихся, выступали наши фигуристы. У них сегодня, на этом промежуточном этапе, всё было успешно. Я уже стал было потихонечку готовиться к завтрашней Литургии, как дверь открылась и вошла вратарь нашей хоккейной сборной, Надя Александрова. Она пришла попросить молитв за одну из наших девчонок. Мы с ней не знакомы, так как ещё до моего общения с женской сборной по хоккею она была отправлена в больницу. Сейчас вроде бы, как мне сказала наш доктор, Татьяна Анатольевна, всё идёт на поправку, однако попрошу всех помолиться о рабе Божией Анастасии.

С Надюшей мы разговорились. Ей уже 32, а вообще наша женская хоккейная сборная – самая молодая на Олимпиаде: большинство девушек совсем юные, им по 18-19 лет.

– Ну и как? – спросил я у Нади.
– Да всякое бывает, батюшка. Молодые, сами знаете. Бывает, не слушаются, но мы договариваемся, стараемся жить дружно.

Надя не торопилась, и мы разговорились о воспитании детей, об образовании, о вере, о трудностях, которые возникают у родителей – словом, о тех жизненных вопросах, которые возникают у приходящего в храм человека, живого и неравнодушного, искреннего и имеющего доверие к пастырю Церкви. А потом Надя попросила для Насти иконочку с благословением и вместе с Катей и Светой, которые её уже ждали, отправилась в больницу проведать болящую.

Мне же нужно было отправляться на соревнования по кёрлингу, и я по пути предполагал заглянуть в столовую подкрепиться. Ветер всё усиливался. Недалеко от места принятия пищи мы чуть не столкнулись с Олегом Валерьевичем Знарком, главным тренером нашей мужской сборной по хоккею. Мы познакомились и пообщались недолго, договорившись созвониться в ближайшие дни, чтобы всё-таки удалось собраться насколько возможно большему числу ребят-хоккеистов и вместе поучаствовать в молебне. Мы уже почти попрощались, но тут неожиданно произошло вот что: один из сопровождавших главного тренера людей – прошу прощения, но не буду здесь поимённо, – вдруг, обращаясь ко мне и едва ли не отмахиваясь от меня как от назойливой мухи – то ли по причине ветра, то ли от нетерпения, то ли по привычке колебля воздух руками, сказал: «Ну всё, святой отец, хватит, мы торопимся!».

Мощный порыв ветра ускорил наше расставание, а я подумал о том, что мне бы очень хотелось пообщаться с этим молодым мужчиной – по-доброму, по-хорошему, но по-отечески. Потому что, возможно, кто-то ему что-то когда-то не объяснил. А ведь нужно постараться подыскать хорошие, верные слова – для того, чтобы не случилось с ним когда-нибудь чего-нибудь худшего. Ведь есть даже апостольские правила, которые предписывают уважение к духовенству, да и вообще Божия заповедь под номером 5 – о почтении к родителям. А пастыри, священники – это те же родители. «Господи, мне бы так хотелось с ним поговорить! Просто поговорить. Так вот по-семейному, откровенно…».

На дорогу до двери в столовую ушло меньше минуты. Какой же всё-таки ветер…

В столовой я увидел почти в полном составе нашу женскую хоккейную сборную. Здорово, когда священника уже узнают, приветствуют его, улыбаются, желают приятного аппетита. А те, кто сидит рядом, даже поднимаются, чтобы поучаствовать в совместной молитве перед едой, а потом и после еды. Ну надо же, прямо как в нашей трапезной! Где же ты, наша трапезная, ау! На дворе третий день масленицы, а я в этом году, увы, видимо, останусь без блинов. Что же мне теперь делать-то? Вот до чего Олимпиада доводит…

Наш разговор с девчонками коснулся вчерашнего матча, проигранного ими американкам со счетом 0:5. Но вы знаете, они совсем не выглядели расстроенными: ведь совсем недавно мы проигрывали американкам со счётом 0:12, 0:8 и вообще с трудом выходили из нашей зоны, редко переходили на их половину и бросали по воротам. А теперь всё же получше. Нам бы почаще с ними играть... Ну а здесь – здесь ещё всё впереди, пока это были не самые главные матчи. Таков регламент этих соревнований. А затем я узнал о том, что, оказывается, женские североамериканские сборные готовились к Олимпийским играм, в течение года тренируясь с мужскими молодёжными командами. Так они набирали опыт, оттачивали мастерство. И вот что интересно: накануне, наблюдая во время матчей за действиями девушек из сборных Канады и США, я подумал: мне так кажется, или это действительно так – в их действиях было много сходного с действиями мужчин-хоккеистов. Несравнимо больше, чем в действиях наших девчонок. Не судите меня, пожалуйста, строго, не поднимайте на смех, не осуждайте – словом, прошу меня понять верно, но в наших девушках, слава Богу, ещё заметна женственность и грациозность, даже на хоккейных площадках. А вот у североамериканских девчонок её практически совсем нет. Но хочу отметить, что двигаются они по полю, комбинируют просто здорово, красиво. Ну и довольно об этом.

Мы оживлённо общались, и я показал девушкам на айпаде, который был у меня с собою в портфеле, сюжет о приезде к нам на Подворье женской гандбольной сборной после Олимпийских игр в Рио. Я не торопился – как-то всё так хорошо складывалось в смысле общения. Вопросы, ответы – всё было живо и естественно, а мне это всегда нравится. Такое, понимаете ли, широкое, нехоккейное поле.

Когда обед закончился и мы расстались, я направился к выходу, и вдруг в этот момент в столовую вошло несколько наших хоккеистов-мужчин, среди которых был тот, с кем мне так хотелось поговорить после неожиданно резкого порыва корейского ветра на улице. Он был такой высокий… Я подошёл к нему и извинился, что отниму у него несколько минут. Мы познакомились, и я попросил его подержать мой портфель, после чего прочитал ему ещё не выученное мной наизусть стихотворение о встрече с Богом, написанное к празднику Сретения Господня этой ночью. Мы разговорились, и я убедился в том, что передо мною – очень хороший русский молодой мужчина: сильный, крепкий, смелый, мужественный, выносливый. Просто не очень воспитанный, но ведь так бывает. В конце этого назидательного разговора я благословил моего нового знакомого, предварительно спросив, желает ли он сам этого. Он желал. Вообще, всё-таки здорово, что священник сопровождает сборную команду на таких мероприятиях. Бывает, вырастет вот так человек, многого добьётся, состоится по большому счёту, может быть, заработает немало денег – почему бы и нет? Но ведь важно, чтобы было не только это. А я вот скажу честно: в этом небольшом разговоре всего лишь за несколько минут я почувствовал, что у моего собеседника доброе сердце. Он готов слышать, признавать свои ошибки и даже извиняться, просто нужно, чтобы вот таким ребятам, как он, кто-то об этом говорил – конечно, подбирая верные слова. Иначе – сами понимаете, что может быть, если их не подбирать. Мы очень хорошо расстались, и я надеюсь, что ещё увидимся.

А дальше мы поехали на соревнования по кёрлингу. Наши девушки очень старались, но в этот раз у них не очень получилось. Что ж, ничего, будет ещё возможность. В комплексе, где проходили соревнования, мы повстречались с Константином Юрьевичем Выборновым, и я поделился с ним впечатлением от моего общения с хоккеистом.

– Батюшка, а всё правильно, так и надо. Это ведь по Вашей части. Полностью Вас поддерживаю.

В продолжение темы я рассказал ему одну историю, которую, когда будет побольше времени, хочу пересказать и моему новому приятелю-хоккеисту. Как-то один крестьянин весь день пахал своё поле. Лошадёнка у него была не ахти, день был жаркий, да и немощи уже донимали: годы всё-таки... А на краю поля в течение всего дня – надо же такому случиться! – стоял священник. Вот так пришёл и встал в начале дня, и стоял, понимаешь ли, весь день, молился. Когда день закончился – трудный, тяжёлый день – крестьянин подошёл к батюшке и, еле сдерживая приступ гнева, воскликнул: «Ну вот что ты сегодня сделал? Чем занимался? Я, посмотри, все ноги себе стёр, шея, руки у меня покусаны слепнями и оводами, солнце голову напекло. Плуг пришлось выравнивать, лошадь еле на ногах стоит. А ты?! Ты, здоровый мужик, что сегодня делал? Посмотри на мою работу и на свою!». С этими словами крестьянин оглянулся назад, указывая своему собеседнику на вспаханное им поле, а когда обернулся обратно, то увидел стоящего перед ним Ангела, который, обращаясь к крестьянину, сказал: «Посмотри, друг мой, что делал этот священник». И перед мысленным взором крестьянина чудесным образом предстал весь его день, только та его часть, которой он не видел своими телесными очами. Ангел продолжал: «Вот здесь, в этом месте, ты должен был оступиться и подвернуть себе ногу. А вот здесь тебя должна была ужалить змея. А вон там твой плуг должен был сломаться, налетев на камень. А здесь твоя лошадь должна была упасть и больше не подняться. Всего этого не произошло с тобою только потому, что о тебе, о твоей работе шла молитва к Богу, и возносил её тот, кто поддерживал тебя в течение всего дня, как и всегда поддерживает священник тех, кого Господь вверяет его духовному попечению». Вот такая история.

Мы попрощались с Константином Юрьевичем, предполагая непременно встретиться на вечернем хоккее. А потом мне пришлось вернуться в деревню, чтобы кое-что подготовить к завтрашней Литургии на праздник Сретения. После этого я заглянул к нашим врачам в медцентр, и надо же, как вовремя! Меня встретили словами:

– Батюшка, заходите! Вы знаете, что у нас есть? Вам это точно понравится!
– Конечно, не знаю.
– У нас есть блины! Мы их испекли сами, этой ночью.

Вот это я зашёл! Ура! Настоящая масленица. Мне предложили не только имбирное варенье, но и небольшую розеточку с красной икрой. «Да, жив Господь!» – подумал я с благодарностью, нахваливая мастерство радушных хозяек.

А потом мне пришлось зайти ещё в одно помещение в нашем корпусе, и вот тут, как и прежде в таких случаях (вы понимаете, почему), я буду умалчивать, к кому я зашёл и с кем говорил. В этом месте на полу были разбросаны красные сердечки. Их было много, то есть они были специально заранее подготовлены. Вы понимаете, к чему я клоню? Да-да, так называемый «день святого Валентина». Говорить об этом человеку или не говорить? – конечно, говорить, как же можно не говорить? Но вот как сказать? «Помоги, Господи!». Узнав, кто является инициатором разбросанных сердец, я аккуратненько подсел к этому человеку, начал издалека, а потом, памятуя о том, что мы с ним знакомы ещё по Олимпиаде в Рио, наклонился к его уху и спросил:

– Скажите, пожалуйста, а для Вас слово священника что-нибудь значит?
– Батюшка, Вы же знаете, что значит, мы же с Вами знакомы ещё по прошлой поездке.
– Ну, тогда я попрошу Вас, когда я уйду, собрать всё это и больше так не поступать. Это не наша традиция, это попытка протащить в нашу жизнь древний языческий праздник, замаскировав его и наполнив своеобразными рассказами с претензией на будто бы христианские корни. А на самом деле это ситуация, описанная в Евангелии: про тех волков, которые проникают в стадо в овечьей шкуре.

Слава Богу, что слово священника готовы слышать. Я искренне порадовался этому.

Ну всё, мне пора. Спускаясь вниз на лифте, я встретил двух наших фигуристов, одним из которых был Александр Энберт. С ними были их доктор и массажист сборной по кёрлингу, наш дорогой певчий Владимир Савченко.

– Батюшка, я как раз хотел Вам звонить: завтрашние соревнования перенесли на утренние часы, и я не смогу быть на Литургии.
– Понял, спасибо.

Я благословил иконами тех, с кем прежде мне не приходилось пересекаться в часовне, сказал напутственные слова и даже прочитал стихи. Да, кстати, перед уходом из деревни мне подарили брошюру о Пхёнчхане, специально составленную для наших спортсменов работниками сборной, организовывавшими приезд команды в Корею. Я попросил электронную версию брошюры, и мне её сразу прислали. Скачать её можно на этой странице под текстом.

Потом мы поехали в гостиницу, и я готовился к службе. Далее был хоккей, и вот тут полтора часа длилось интересное испытание. Представьте себе очень ответственного человека, который в течение нескольких дней сопровождает меня по разным спортивным объектам, решая организационные вопросы. А тут мы приезжаем, проходим досмотр, поднимаемся по лестнице – и вдруг оказывается, что мы приехали не туда. Он созванивается, всё выясняет, мы приезжаем в другое место – и там та же история! Представьте себе состояние моего спутника. Он волнуется, переживает, я его утешаю и говорю, что важно не то, что происходит, а то, для чего это происходит, что нам следует учиться спокойно реагировать на разные обстоятельства, понимая, что всё попущенное Господом даётся нам не случайно, и мы должны с рассуждением это пройти, чтобы получить для себя духовную пользу.

В конце концов, мы попали-таки на хоккей, где наша команда играла со сборной Словакии. Через несколько минут после начала мы вели 2:0, а в итоге неожиданно проиграли 3:2. Знаете, мне сегодня даже некоторые знакомые писали из Москвы: «Что случилось, батюшка?!». Вы у меня спрашиваете? Ну, во-первых, я воздержусь от комментариев, потому что это не по моей части. Нужно соблюсти корректность, а иначе может получиться как в той истории про сапожника, который пришёл в картинную галерею и увидел на одной картине неточно изображённые сапоги. Тогда он подозвал мастера, автора картины, и указал ему на ошибку. Тот всё исправил, поблагодарив сапожника за такую важную подробность. Но сапожник после этого посчитал необходимым сделать художнику замечание в отношении неба, деревьев и людей. И тогда художник перервал его словами: «Знаешь, брат, это уже не по твоей части, здесь я уж сам».

Поэтому – простите, вопрос о счёте не ко мне. Единственное, что могу сказать – мы, безусловно, были сегодня сильнее и, на мой взгляд, обязаны были выигрывать. Но, признаюсь честно, в моей жизни неоднократно случались такие ситуации, когда я начинал слишком верить в успех какого-то мероприятия и расслаблялся, полагая, что искомое уже достигнуто и можно поберечь свои силы. Сколько раз в подобных случаях мне приходилось быть посрамлённым! Но это я про себя, а здесь есть специалисты, они разберутся, это их дело. Тем более, что всё ещё только начинается, ещё ничего не потеряно. Может, оно и к лучшему, что сегодня было так. Надеюсь, что смогу увидеться с ребятами в ближайшее время и непременно поддержать их, потому что у нас действительно очень сильная команда, и хочется верить, что она достойно выступит на этих Олимпийских играх. Ну а дальше – как Бог даст и как сами постараемся… И кстати, не могу не поделиться: я сегодня имел возможность поприветствовать нашего замечательного спортсмена, легендарного вратаря сборной России Вадислава Александровича Третьяка, президента Федерации хоккея России, который присутствовал на матче, переживая и поддерживая наших ребят.

После завершения хоккейного матча я вернулся в гостиницу и продолжил приготовления к завтрашней службе. Владимир, как я уже сказал, не сможет прийти, а Наташу я сам попросил завтра не приезжать: у меня есть желание попробовать пройти всю Литургию самостоятельно, рассчитывая только на помощь Божию и на свои усилия, – ведь в будущем это может пригодиться, учитывая, что впереди будет ещё две службы.

День праздника уже наступил, поэтому всех вас, дорогие, сердечно поздравляю со Сретением. Да, кстати, моё настоятельское поздравление уже размещено на сайте нашего храма, и вы можете познакомиться с ним прямо сейчас. Мир и благословение вам от Господа.

Настоятель храма,
духовник олимпийских спортсменов России
протоиерей Андрей Алексеев

 

 

 

Файл: